В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность

в суверенитете и трансгрессии», —пишет Морис Бланшо(MauriceBlanchot). «Распутник — это воплощение суверенитета и уникальности, он совершенно свободен и поэтому может делать всё, что ему заблаго-рассудится. Его абсолютная свобода — это полное отрицание Другого. Распутник полностью и абсолютно свободен — свободен от других людей, свободен от ограничений. Он выходит за все рамки и обретает окончательное освобождение».

Голое тело Хлои меняет позу, она кладёт книгу и многообещающе улыбается мне своей пленительной улыбкой.

Вот это да, Хлоя, очень интересно.


Силуэт Пауэлл медленно и грациозно переместился на середину сцены.

— Фуко, безусловно, был прав, когда утверждал, что некоторые формы «истины» на самом деле являются формами власти и угнетения В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность — вспом-ните о семи смертных грехах и всех тех ужасах, которые творили с людьми во имя «истины».

— Но справедливо и другое: на основании его ранних взглядов, по боль-шей части благодаря американским бумерам, сформировалось странное представление о том, что все истины условны, произвольны, социально сконструированы и являются формами власти. В этом радикальном прочте-нии работ Фуко мы можем наблюдать бумерит в его самой уродливой форме. Таким образом, важная, но лишь отчасти верная «истина», возведён-ная в абсолют, начала свой разрушительный поход к власти. И никого особо не волновало, что сам Фуко не был согласен с таким радикализмом В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность, а если когда-то и был, то давно отказался от прежних взглядов. По вполне очевид-ным причинам, бумерит всё решил и без него.

— Чтобы спокойно править миром, нарциссическому эго необходимо уничтожить всё, что мешает его всемогуществу: научные истины, мораль-ные принципы и всё остальное, что может представлять угрозу позиции «Не указывайте мне, что делать!» Поэтому все истины без разбора были объявлены социальными конструктами. Но если я могу доказать, что любые требования, которые ко мне предъявляются, это всего лишь произвольные социальные конструкты, тогда никто ни в праве ничего от меня требовать,

и точка.Я свободен оставаться маленьким уникальным,никому ничем необязанным суверенным В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность астероидом, потому что «Никто не вправе указы-вать, что мне делать!»

— «Я занял своё место», — Хлоя продолжила читать вслух «Филосо-


Фию в будуаре»75. — «Едва я успел сесть, как в комнату к своей дочери

Вошёл Роден. Теперь это был неудержимый Роден, не ведающий никаких ограничений. Он мог удовлетворить любой свой каприз, открыто и самозабвенно предаваясь неистовству разврата. Он безжало-стно сёк двух полностью обнажённых крестьянок, и пока его плеть обвивалась вокруг одной из них, другая отвечала ему таким же жесто-ким ударом. Во время отдыха его осыпали самыми разнузданными и отвратительными ласками. Бедняжка Розали сидела на кресле, словно на алтаре В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность, лицом к спинке, слегка согнувшись, полностью в его власти. И вот настал её черед. Роден привязывает её к столбу, и пока его секут члены его семьи и прислуга, он, вне себя от наслаждения, покрывает ударами плети тело своей дочери от рёбер до коленей. Его возбуждение доходит до высшей точки: он выкрикивает богохульные ругательства и продолжает махать плетью. Его клыки впиваются во всё без разбора, но, укусив, он тут же припадает к укушенному месту губами. Роден снова и снова входит в узкую пещеру наслаждения. Одна из девушек бьёт его из всех оставшихся сил. Роден на седьмом небе: он проникает внутрь, плюётся В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность, рвёт пальцами кожу. Он выражает свою страсть в тысяче поцелуев, которыми покрывает всё, что находит перед собой. Взрыв бомбы, и распутник, почти без чувств, причащается сладчайше-му из удовольствий в логове инцеста и порока».




documentamnbwnp.html
documentamncdxx.html
documentamnclif.html
documentamncssn.html
documentamndacv.html
Документ В центре вселенной де Сада всегда находилась острая потребность